+7-906-200-42-22, +7(8162)940-640

Пр-т Мира 16/21

пн-пт 09-19, сб 11-16

Поход на велосипедах по Западной Папуа

На главную » Дополнительное меню » Интересное и полезное » Поход на велосипедах по Западной Папуа

Поход на велосипедах на остров Новая Гвинея по Западной Папуа

Часть 2

…Что-то здесь было не так…

Ну не могут такие симпатичные ребята не пустить нас в деревню ночевать! Вот эти:
Западная Папуа жители

Тем более, мы ж не в дома к ним ломимся…
Но они не пускали…

Нет, пока все шло туда-сюда, кто-откуда, птички-бабочки, все было нормально. Но как только речь заходила о ночлеге, они как-то сразу начинали мяться, бормотать что-то невнятное, и вообще, казалось, эта тема им была крайне неудобна. Еще и языковой барьер мешал – то, что наш индонезийский оставлял желать лучшего, понятно, но, еще и местные, чем дальше мы углублялись вглубь острова Новая Гвинея, владели им все хуже и хуже. Особенно в деревнях – а других населенных пунктов почти до самого Энаро и не было.

Нам они советовали ехать в другую деревню, километраж до которой для нас так и остался на тот момент тайной, - но реально мы бы успели до темноты до нее добраться, если б не жевали сопли и сделали небольшой крюк.

Но многие уже сильно устали, найти в окружающих джунглях при таком рельефе ровную площадку под палатки было нелегко (как я уже говорил, любое ровное место, да еще и с источником воды, уже занято какой-нибудь деревней), а тут – католическая церквушка, ровная площадь перед ней, воды хоть залейся и дружелюбные жители.

Но эти дружелюбные жители так же дружелюбно отправляли нас в соседнюю деревню… Это было необычно, обидно, и даже настораживало…

Скоро все разъяснилось.

Неожиданно местные, итак в меру шумные папуасы как-то совсем присмирели, прервали с нами всякие беседы, и стали как-то странно пятиться в сторонку… Явление необычное, нами еще не виданное, а потому, пугающее.

Только сейчас мы услышали какое-то дикое гиканье, при приближении превращающиеся в отчетливые крики и вопли вперемежку с топотом ног, и почти тут же увидели вот это
Папуа Новая Гвинея

Это тоже были папуасы, но какие-то другие. Обмазанные глиной, со странными инструментами (но, по-моему, не оружием), дружно что-то кричащие и бегущие плотной босой, организованной группой, которая, не обращая ни на кого внимания, выстроилась кругом на площади около церквушки, начала бегать перед ней кругами, размахивая своими инструментами и что-то ритмично выкрикивая.
Племена папуа

А самое главное, что на белых людей, которых, смею подозревать, они вряд ли когда-то видели, они не обратили ни малейшего внимания. По поведению – абсолютно дикие, но в одежде. Мужики без котек на пиписьках, а женщины, хоть и одетые, трясли отвислыми сиськами так, что те, выскакивая из одежды, подпрыгивали в диапазоне от «ниже пупка до выше подбородка». Потом выяснилось, что явились они из глубоких джунглей, возвращаться туда сегодня не собирались, а тут по традиции чего-то праздновали, и ночевать должны были там же, где планировали мы.

Так вот почему наши деревенские папуасы не хотели, чтоб мы тут останавливались! Они сами побаивались этих странных людей, ожидали их прибытия, а мы-то явились сюда нежданно-негаданно! А они, от греха подальше, нас просто пытались обезопасить от этих диковатых личностей.

И, хотя агрессии они, вроде, никакой не проявляли, да и вообще нас игнорировали, но мы все-таки, вздохнули с облегчением, когда покинули деревню. Черт их знает...

А до Энаро мы опять сегодня не доехали. Ночевали в джунглях без воды и пищи. Но уже завтра были на месте – куда деваться, есть-то было совсем нечего. 

Когда мы проезжали вполне цивильную деревню Маги, недалеко от Энаро, перед нами притормозил встречный джип.

- В полицию сегодня зайдите, - наставительно сказал высунувшийся оттуда индонезиец.
- Ладно, мы знаем, зайдем.

Через пять минут останавливается другой джип.
- В полицию уже заходили? Тогда не забудьте зайти.
- Да зайдем, конечно.

Еще через пять минут снова притормаживает машина.
- Уже отметились в полиции? Нет? Обязательно отметьтесь!
- Да поняли мы все! Только сначала поселимся где-нибудь.

Похоже, уже чуть ли не весь город был в курсе, что пятеро белых чуваков на великах должны прибыть в Энаротали. Тогда мы не придали особого значения этим настойчивым призывам зайти в полицию, ибо мы и сами это знали, а зря …
А перед этим был, пожалуй, самый тяжелый и затяжной подъем за всю дорогу перед деревней Маги, а потом головокружительный спуск к деревне по отличному асфальту. Рюкзак к тому времени сильно полегчал, - продукты все подъелись, бензин закончился, запасы воды в виду близости населенных пунктов, не везли, поэтому оторвался на спуске от души. Про скорость говорить даже не  буду, все равно никто не поверит

Решающий подъем
Жители Пауа новой Гвинеи

Велосипедный маршрут в Гвинее

Незадолго до деревни, перед окончанием спуска, увидев небольшую ровную площадку, решил там остановиться, чтобы одеться – на такой скорости, несмотря на тропическую жару, было реально холодно, да и высота уже за 2км. Заодно и остальных дождаться, а, чтобы не терять времени, разложил на склоне палатку для просушки.

Ее ярко-оранжевый цвет и привлек внимание индонезийских военных в деревне. Ко мне на двух мотороллерах подкатили снизу двое вооруженных автоматами людей в гражданском.

Сначала подумал – повстанцы-сепаратисты, но физиономии были явно не папуасские.
Сами они сказали, что они военные с поста внизу, а моя странная персона вызвала у них интерес, потому что район здесь неспокойный, орудуют папуасские сепаратисты и прочие партизаны, и потому, им интересно узнать, что я за крендель, куда и с какой целью еду.
В общем, вели себя вполне миролюбиво и, даже, прощаясь, посоветовали быть в Энаро поосторожней – террористы вокруг! Я пообещал. На том и расстались.

Но проезжая Маги, опять увидел их на посту, на этот раз они, попросив зайти в их будку, проверили паспорта, Сурат Джалан и велели сегодня же зайти в полицию отметиться. Ну, а потом мы тоже самое слышали от проезжающих мимо машин.

Только потом до нас дошел смысл советов от проезжающих водил зайти в полицию немедленно – полицейский участок, где надо отмечать Сурат Джалан, находился не в городе Энаротали, что, казалось, было бы логично, а именно в деревне Маги, где мы на тот момент и проезжали. А понять все нюансы в разговоре с военными и водилами не позволяло знание языка. Знай мы это, сразу бы попутно в полицию и заехали, ведь мимо проезжали! А так пришлось потом возвращаться из Энаро обратно в Маги по неслабым горкам.
Да уж, как говориться в чуть переиначенной поговорке - незнание языка ногам покоя не дает. Мораль – учите индонезийский, господа-товарищи, и будем вам щастье! Тем более, язык очень простой.

В Энаротали до отеля (или как там это жилье правильно назвать) нас провожала целая делегация – а мы всего-то опрометчиво спросили у первого встречного, где здесь можно переночевать. В результате, толпа папуасов привела нас к заведению с вот такой вывеской
Отель в Новой Гвинее

где мы и прожили несколько дней:
Ну не попали мы в Илагу и Мулию (уже тогда это стало понятно), так хотя под вывеской Мулия пожили… А по пути с частью наших сопровождающих пришлось еще и фоткаться - белого человека многие не видели никогда в жизни, а смартфоны тут, как уже говорил, есть почти у каждого. Пришлось поработать фотомоделью.
Западная Папуа жители Новой Гвинеи

А вот полиция Энаротали нас приятно поразила.

Когда мы, вместо того, чтобы явиться туда в день прибытия, появились там лишь на третий день, думали, что нас тут сразу же и того… Ну, как минимум, попинают - все-таки особый регион, повстанцы-сепаратисты, партизаны, и все такое. Небольшой партизанский отрядик, мы, кстати, по пути в Энаро встретили. Узнали их по оружию - не какие-то там ружья, непонятной конструкции, и уж тем более, не луки со стрелами, а нормальные Калашниковы. После приветственных слов с нашей стороны "Папуа мердека!" (лозунг повстанцев, означающий "свободное Папуа", одновременно запрещенная политическая партия в Индонезии, считающаяся властями террористической, - Джамму на папуасовозе просветил), довольно мирно пообщались и расстались друзьями, пообещав, что по прибытию в Россию доведем до граждан мира их справедливые идеи. Фоткать себя, они, правда, не разрешили. Зато встретившиеся по пути индонезийцы дали даже пострелять из своего ружьишка.
Папуасы с оружием

Ну, в общем, не отметившись а полиции сразу,  шли туда с некоторой опаской, арестуют еще, или штраф какой придумают.

Но вместо этого…

- А-а-а, так вы те самые русские из Набире на велосипедах? А вы до сих не отметились в полиции? Так вам не к нам, вам надо в Маги. Как добраться? Да мы вас щас подвезем!

Быстренько погрузились в полицейский джип и тронулись по знакомой «пиле» в Маги. Там выгрузили нас в полицейском участке, позвали, кого надо и удалились.

«Кто надо» лишь спросил, а почему мы не отметили Сурат Джалан в Набире (та полиция, что тормознула нас на пристани, говорила, куда надо ехать в городе, чтобы его отметить, но мы просто поленились). Не дожидаясь ответа, поставил какой-то штамп в пермите, вернул нам документы и попросил с нами сфотографироваться на его смартфон, как это уже не раз бывало в других местах.
После этого сказал, «щас мы вас отвезем», посадил в другой полицейский джип, который и отвез нас обратно прямо к гостинице (ну, или как это там), еще и совершив обзорную экскурсию по Энаротали.
Ну, и конечно, ни о каких деньгах за такой сервис никто и не заикнулся, в очередной раз предупредив лишь о «террористах».

Мы и "террорист" (надпись на майке выдает). Папуа мердека, товарищ!
Свободная Гвинея

Главное - жизнь удалась!
Гвинея

Ну еще бы - дядька, считай, инопланетян увидел в нашем лице! На радостях, даже подарил нам свою вот эту шапочку, мы еще в ней здесь появимся.
А пока - гуляем по городу, ищем дорогу (как мы думали, на самом деле, она оказалась труднопроходимой тропой) в Мулию и дальше в Илагу, к горе Ириан-Джая, она же пик Карстенс, плаваем по озеру Паниай, посещаем соседние горные деревни... Дел много. Очень много дел. Потому и забыли в полиции отметится вовремя, ну да индонезийские полицейские - не наши менты. Потому, все обошлось в лучшем виде и об индонезийской полиции остались только самые лучшие впечатления и прочие хорошие воспоминания.


Пока же живем несколько дней в оплоте местных партизан - Энаротали, находящемся на высоте 2000 м на берегу оз.Паниай. Городок довольно интересный, на нас уже на второй день пребывания здесь внимания особо не обращают - все уже знают, что пятеро белых приехали на великах из Набире, кто хотел нас увидеть - увидели, кто хотел сфоткаться - сфоткался, благо мы никому не отказываем, поэтому шастаем по городу вполне себе спокойно.
Пристань на озере Паниай. За небольшую плату тебя перевезут на другой берег в окружающие деревни
Озеро Паниай

А рядом - торговые ряды около пристани. Покупатели ходят прямо по щиколотку в воде.
Рынок в Новой Гвинее

Торговка с городского рынка. В продаже - живые раки из озера.
Торговля в Новой Гвинее

Окружающие озеро деревни кишат папуасятами. Чувствуется, что с рождаемостью тут все в порядке.
Дети папуасов

Одежда папуасов

Форма одежда у взрослых папуасов часто бывает и почти традиционная - куртка, шапка, борода и котека. Куртку они вынуждены носить из-за прохладной погоды вечером - все-таки высота за 2000 м, а с соседних гор дует холодный ветер.
Одежда папуаса

Уезжать отсюда вниз  не хотелось - как представишь эту бесконечную пилу по жуткой жаре, аж плохо становится... Тем более,мы-то планировали подниматься дальше в горы, где должно было быть попрохладней, а в Илаге, где находится базовый лагерь для подъема на пик Карстенц (4800 м), и просто холодно. Но...

Дорога Набире – Энаротали оказалось дорогой в один конец.

В Энаро был тупик. На многочисленных картах направление до Энаро и дальше, в Илагу, Мулию и Вамену, рисовалось одинаковыми ниточками, что и ввело нас в заблуждение при планировании маршрута. В реальности, от Энаротали в сторону Илаги шла лишь тропа сквозь джунгли с набором высоты в 1 км, и о том, чтобы проехать по ней на велосипедах, да еще гружеными 20-25 кг рюкзаками, не могло быть и речи.

Поэтому решение продолжить западнопапуасскую велокарьеру маршрутом Маноквари – Соронг было принято спонтанно.
Обратно до Набире добирались на джипе – единственно возможный вариант. Поскольку идея ехать обратно своим ходом по дороге с таким рельефом энтузиазма у народа не вызвала, а самолеты из Энаротали летали лишь в Тимику и Джаяпуру, да то не регулярно, а по мере набора страждущих.

Велики в количестве пяти штук закинули на крышу, рюкзаки в багажник, а сами втиснулись в салон.
Папуаска

Поехали!

Наш водила-индонезиец оказался парнем разговорчивым. За многочасовую поездку мы узнали, что сам он с Сулавеси, сюда приехал за длинным рублем (вернее рупией), чтобы заработать на дом на родине – индонезийское правительство хорошо платит тем, кто переселяется сюда с других островов. На эти деньги и был куплен этот новенький японский джип (дом, видимо, подождет).

Еще он сказал, что мы правильно делали, когда в беседе с индонезийскими чиновниками называли Западное Папуа «Ириан Джаей», - они это очень любят, особенно из уст иностранцев, вне зависимости от того, как эта провинция называется официально и как написано на картах. Так возможно, в этом причина такого отношения к нам индонезийской полиции?

А еще он не любил папуасов. «Они часто камнями кидаются по машине, и вообще – вредный народ. И на негров похожи»». Мы скромно промолчали… Интересно, где он негров видел, неужели на Сулавеси!?

По пути несколько раз приходилось вылазить из джипа и толкать его в гору - новенький японский внедорожник в такие горы тянуть никак не желал. И как мы тут только на великах проехали!? Причем, сейчас-то большей частью катим с потерей высоты, а сюда-то ехали с набором...

… Наверно, мы чем-то прогневали духов Набире – второй раз за две недели приезжаем сюда и второй раз аккурат посреди ночи! Но если в первый раз в сторону от города вела дорога, то теперь ехать дальше было некуда – по океану, велосипеды, как известно, не ходят. Разве что на пристань. А нам туда пока не надо.

Но надо было где-то ночевать.
Спросить, где гостиница не у кого - времени два часа ночи, улицы пустынны и только странного вида джип с пятью великами на крыше, сваленными друг на друга, бороздит город в поисках надписи типа «отель». Наш водила-индонезиец тоже тут ни фига не знал. Пришлось немного поколесить по городу.

Пустили нас только во вторую гостиницу – в первой не было мест. А может, просто тамошнему индонезийскому персоналу было лень возиться с такой странной компанией посреди ночи. Почти тут же все отрубились, но, отходя ко сну, еще успел удивиться, что где-то перед походом читал, что в Набире гостиниц вообще нет….

А наутро, на пристани, куда нам еще пришлось пилить своим ходом по адскому пеклу 30 км (хорошо хоть без гор!), а потом еще несколько часов дожидаться, как всегда опаздывающий на несколько часов паром компании "Pelny", случилось событие, на которое мы сначала даже внимая не обратили, но которое вполне могло поставить крест на дальнейшей части велопохода…

... Эдуард сидел с одухотворенным лицом на верхней палубе папуасовоза с красивым названием «Dorolonda», и о чем-то вдумчиво размышлял. Из одежды на нем были трусы, коготь казуара и вязаная шапочка с незамысловатой надписью «Papua», подаренная нам жизнерадостным "террористом" в Энаротали. На руках он держал маленького черного кучерявого человечка. Тому, судя по всему, это очень нравилось.

- Эдик, а если она вообще не придет?
- Придет, - с угрюмой уверенностью ответил Эдик.

Еще пару часов мы старались не вспоминать этого оптимистического прогноза. Наконец, кто-то не выдержал:
- Эдик, а ты уверен, что она вообще на пароме?
- А где ей еще-то быть?! – уже понимая, к чему все идет, риторически спросил Эдик.
- Ну, например, в Набире…

Паром, уверенно рассекая океанские волны, уже шестой час неумолимо двигался от Набире в сторону Маноквари.

- Мне кажется, тебе его просто подкинули, - наконец, озвучив давно всех мучавшую мысль, робко произнес кто-то.
- Да нет, придет, - голос у Эдуарда был уже совсем упавший…

Стемнело. Очень хотелось спать. Никто за ребенком не приходил.
- Ну, и что ты с ним делать будешь? – вопрос не риторический, - на кону стояла угроза срыва оставшейся части велопохода.
- А я его с собой заберу. В Латвию. Ну, не бросать же его?!
Действительно, бросать такого симпатичного человечка было жалко.

- А жена-то что скажет? А то ведь что получается –уехал муж на великах покататься, а проехал с маленьким папуасенком на руках. Вот она обрадуется-то!

Уснули мы с неспокойными мыслями.

Как же так случилось?
По приезду на пристань Набире, выяснилось, что паром надо ждать еще несколько часов. Часть из нас поехали на океан купаться и нежиться под пальмами
Набире Новая Гвинея

Набире Новая Гвинея пристань

часть осталась на пристани. От нечего делать, и началось активное общение с местными товарищами…
Новая Гвинея жительницы

Новая Гвинея народ

В результате, когда паром, наконец, прибыл, и началась посадка, все вокруг были друзья, а некоторые, даже и братья. Одна папуасская тетка была нагружена под завязку – в каждой руке по сумке, пакет подмышкой, да еще ребенок за спиной. Она сама и попросила помочь - всучила Эдуарду видеомагнитофон и ребенка, а сама была затерта толпой и пропала из виду, успев только крикнуть что-то типа «я вас найду».
И вот уже прошло часов шесть, стемнело, все начали засыпать, а она все искала. Да и искала ли?

… Мамаша явилась ночью.

Мы к этому времени давно спали, растянувшись на верхней палубе около палатки, куда попихали наши рюкзаки.
Тут надо сказать, почему мы спали все две ночи пути на верхней палубе, а не там, где положено по билету.

 Паромы компании "Пелни" (а она здесь монополист) предназначены, в основном для перевозки неприхотливых и непритязательных к комфорту папуасов, поэтому подавляющая часть мест представляют из себя нечто вроде огромных общих бараков с нарами, где просто негде яблоку упасть, и так на всех трех или четырех этажах папуасовоза. В каждом из этих бараков на каждом этаже находится туалет, которым вся это огромная толпа папуасов пользоваться просто не умеет, но регулярно это делает, в результате чего в бараке стоит ужасная вонь, а в сам туалет просто невозможно зайти.

Поэтому мы хотели взять билеты в каюты - они здесь тоже есть, хоть и в небольшом количестве. Но каюта свободная была только одна, двухместная, а нас-то пятеро. Тем не менее, взяли, что было, договорившись отдыхать и пользоваться ей по очереди. Каюта шикарная - две кровати, телевизор, кондиционер, отдельный туалет и душ с горячей водой, электрочайник, холодильник...  Вот пока двое-трое тут отдыхали, остальные дышали свежим океанским воздухом лежа отдыхая на верхней палубе. Вот тут нас наша мамаша уже спящими и обнаружила.

Тетка, не особо церемонясь, перебудила всех в поисках ребенка (а может, видеомагнитофона) и, недолго думая, улеглась с нами спать.
С большим трудом удалось убедить ее идти на свое место (не забыв свое хозяйства при этом), даже пришлось повысить голос.
Наконец, обидевшись, она ушла, ничего не забыв.

Так Эдик не стал папуасским папой.
А паром, тем временем, без дополнительных приключений прибыл в Маноквари.

"Папа Эдик":
Папа Эдик в Новой Гвинее

А вот и та самая мамаша:
Папуаска с ребенком

Ну, если не считать приключением более чем часовую выгрузку с парома и спуск с груженым великом по узкому, крутому и высокому трапу:
Паром в Новой Гвинее

Выгружались так долго, потому что ждали, пока поредеет толпа, а это, считай, целый город,
Паром в Новой Гвинее Западная Папуа

в которой идти с гружеными рюкзаками великами, мягко говоря, не очень удобно. Но все когда-нибудь кончается, кончилась и эта выгрузка, тем более, торопиться нам особо некуда.
Прощай, "Dorolonda", сестра-близнец "Nggapulu", на которой мы отсюда больше двух недель назад и отплыли в Набире! Поход продолжается!
Правда, мы были уверены, что самое трудное уже позади, но "чуть-чуть" ошиблись...  

- Да что это за поход такой, никаких трудностей! Едешь-едешь себе тупо по асфальту… Не поход, а покатушка какая-то! Так я и дома могу кататься, стоило из-за этого черти-куда переться! Мы так за три дня до Соронга долетим, а дальше что? - возмущалась Вия, единственная дама в нашей суровой мужской компании, отмахав за день 118 км по 35-градусной жаре на груженом тяжеленным рюкзаком велике, когда мы, высунув языки, стали ставить палатки, решив, что на сегодня хватит.

Действительно, в начале пути из Маноквари в сторону Соронга (умышленно не говорю «в Соронг», потом будет понятно, почему) идет отличная асфальтированная дорога. Похуже, чем начало дороги из Набире в Энаро, но лучше, чем между Урюпинском и Шепетовкой. 
Дорога идет вдоль берега океана или около него. И мы, соскучившись по ровной хорошей трассе, даже несмотря на жуткую жару и влажность и свеженагруженные рюкзаки, на одном дыхании пролетели 100 км.

Пообедав и отдохнув пару часов в какой-то деревне, проехали еще 18 км – тут уже начались подъемы, которые сильно затормозили темп движения. Решили ограничиться этими 118 км и встать на ночлег, хотя хорошее шоссе и тянется дальше, но уж больно место хорошее – ровная площадка в джунглях, тень, речка…

Меня же во всем этом «матрасе» первого дня смущало одно – реакция местных жителей.:




Когда на вопрос «куда путь держите, товарищи русские велосипедисты?» мы отвечали – Соронг, они делали шарообразные глаза, качали головой, цокали языками и вообще всем своим папуасским видом показывали, что мы больные недоумки. На вопрос – почему же это мы недоумки, говорили – горы, делая характерный жест руками, изображая двугорбого верблюда. Тоже мне, напугали – что мы, гор не видели?

Оказалось, что не видели.

С утра проехали еще 15 км, после чего асфальт резко закончился. Навсегда.
И началась грунтовая дорога из песка и краснозема, 


часто посыпанного щебенкой, которая так круто уходила вверх, что только взглянув на нее, мне стало плохо. Неужели нам туда(!) на великах забираться!? Но, конечно, ни о какой езде в такой подъем по такой дороге с гружеными велосипедами не могло быть и речи. Тем не менее, решил предпринять попытку поехать в этот подъем…

Зря!
Потратив кучу сил, проехать вверх удалось лишь пару десятков метров. Велосипед то вставал на дыбы, то переднее колесо, наехав на камень, виляло в сторону, заднее колесо от нагрузки не находя сцепления с щебенкой, прокручивалось…

Толкать груженый велик вверх тоже было не сильно легче. Груз на багажнике тянул вниз, велосипед , стоило ослабить давление на руль, тут же вставал на дыбы. Даже остановиться, чтобы отдохнуть не получалось – даже с зафиксированными тормозами велосипед, скользя по щебенке, все равно полз вниз.

Поняв, что так далеко не уйдешь, переложил часть груза в заплечный рюкзак, предусмотрительно купленный на рынке в Энаротали. Стало чуть полегче. Подъем же не только не думал заканчиваться, но местами становился еще круче. Как назло, кончилась вода, а по пути не попадалась. Солнце же начинало палить всерьез – приближался полдень.
Силы начали оставлять…

Но все на свете кончается, закончился и этот бесконечный подъем. Теперь вниз, с ветерком, к воде!
Ага, щас, размечтался! Как оказалось, радовался рано. Спуск был настолько крутой, а дорога настолько плохая, что, упав несколько раз, понял – надо велик вести и вниз. Так и протолкал его почти весь спуск до самой воды.
Хотя толкают вверх, а вниз…я даже не знаю, как это назвать, когда его приходиться удерживать, чтобы он не вырвался из рук и не поехал дальше по своей воле…

Все эти велотолкания заняли 5 часов. За целый же день преодолели всего 28 км, из них 15 – в первые минут 40 в самом начале по асфальту.

Ну что ж, Вия, ты хотела трудностей – получи!


Местные товарищи попадаются по пути все реже, а те, что встречаются, с любопытством наблюдают на нашими велопоносами с высоты своего положения:


Эти уже не кричат "хэлло, мистер", а просто молча и привычно угрюмо, безо всякий эмоций, как подабает настоящем папуасским пацанам, смотрят в нашу сторону.

На следующий день было чуть полегче – проехали «целых» 60 км. Дорога – грунтовка, гравийка, местами некое подобие асфальта. Первые два часа толкаем велики вверх – ехать в такой подъем по щебенке невозможно.


 Начинается спуск, но очень крутой и снова по неукатанной щебенке. Переднее колесо на таком покрытии руля не слушается, идет юзом. Пришлось снова вести велики вниз, а не ехать на них. Кажется, что эти подъемы-спуски бесконечны. Населенки нет, машин тоже. Вообще ни одной за целый день. Что неудивительно – по такой дороге с таким покрытием не каждая техника пройдет.

И наконец - какое счастье! – подъемы-спуски кончаются и начинается ровный участок дороги – мы въехали в долину Кебар.


Именно по ней и проехали большую часть 60-ти километрового пути. Тут же показалась и деревня, где оказался даже небольшой магазинчик, расположенный прямо в хижине хозяина. Тут же напились всяких спрайтой, пепсикол и прочей гадости, но что делать – обычная пресная вода жажды уже не утоляла, а только наполняла желудок. Как оказалось, мы опустошили все многолетние запасы подобной жидкости в магазинчике.

По пути лакомимся кокосами - и слева, и справа от дороги плантации кокосовых пальм. 
Кокосы вполне уже зрелые, молоко сладенькое. 
Наливаем кокосового молока и с собой, - пить пустую пресную воду уже невозможно.


После всех этих велотолканий, ехать по ровной дороге – одно удовольствие. Жаль, оно быстро закончилось. Проехав всю долину, и едва завидя первый подъем, тут же встаем на ночлег. Благо и место удачное – ручей, кокосовые пальмы вокруг...

Ну, а следующий день вполне можно назвать «днем толкальщика» - велики толкаем почти целый день, причем, как вверх, так и вниз – уклоны и покрытие дороги такие, что ехать невозможно. А тут еще от местных поступило неприятное известие – по их словам, дорога на Соронг «rusak» - сломана, разрушена, вроде как смыло мост через реку, и ехать туда надо по другой дороге. Но для этого надо переправиться через речку. Не очень глубокую. А вот и она показалась.


Вода - это, конечно, здорово, только вот у нас вовсе не водный поход, а велосипедный, да и велик на плавсредство как-то не тянет. Ну, и как...?

Форсировать реку помогают местные папуасы. Велики и рюкзаки переправляем на лодках (у них тут что-то вроде паромной переправы), сами же переходим реку вброд - глубина где по пояс, где по грудь. Ну, в общем-то ничего страшного, - напрячься, и сами бы, наверно смогли, потратив на все про все несколько часов. А так укладываемся минут в двадцать.


На той стороне реки велотолкания продолжаются – уклоны становятся только круче.
Самое неприятное, что не понятно, сколько это извращение будет продолжаться – добиться от папуасов что-то внятного сложно – тут почти не понимают по-индонезийски, а говорят на каких-то своих языках, учить которые смысла нет - их тут более трехсот и все абсолютно непохожи друг на друга, часто вообще из разных семей.  Да и названия деревень и рек у них отличались от тех, что указаны на картах.

Поэтому идем вслепую, в неведение, надеясь, что эти жуткие подъемы и спуски рано или поздно закончатся. Вопрос, когда? У нас уже взяты билеты на самолет из Соронга до Джакарты, поэтому время ограничено, а за целый день пройдено меньше 30 км. Подбросить некому – за целый день была лишь одна машина, да и та встречная. Поэтому, едва попав в тенек, бросаем велики и себя прямо поперек дороги, не боясь, что в нас кто-то врежется.


Наутро решили, что при первой возможности тормозим машину и стараемся подброситься как можно дальше – толкать велики вверх по гравийке уже достало. И надо же какое чудо – только подумали об этом, навстречу идет самосвал. Торможу, говорю, что надо в обратную сторону. Водила - индонезиец, понимает, нет проблем, говорит, и мы, закинув велики, рюкзаки и себя в кузов, едем дальше в нужном нам направлении.

Минут через 15 машина останавливается у лагеря дорожных рабочих и водила заявляет – все, приехали, дальше дороги нет. Как, говорю, нет, а разве эта дорога не ведет в Соронг? Ихний прораб, или кто он там, объясняет – нет, говорит, здесь дорога заканчивается, потом идут 7 км непроходимых джунглей, а вот после этого уже начинается дорога, идущая на Соронг.

Хорошенькое дело! О том, чтобы ломится с велосипедами по горам через джунгли, даже в наши расплавленные от жары мозги не могло придти.  Решили возвращаться к переправе, которую вчера форсировали, и ехать по дороге, с которой свернули, и, которая, как нам сказали, была «rusak». Поедем, докуда возможно, а там видно будет. Водила самосвала согласился подбросить до переправы и скоро мы были на месте.
Теперь надо было переправиться на ту сторону. Лодок на реке уже не было, но была техника дорожных рабочих, - пара самосвалов, экскаватор, ну, и толпа самих рабочих-папуасов.

  Просим их помочь нам с переправой, - все-таки это они нас отправили вверх по тупиковой дороге. Те соглашаются. Перегружаем велики в кузов другого самосвала. Его цепляют к экскаватору, и тот, тяня машину с нами на буксире, медленно, но верно пересекает реку.


Дальше дорога круто идет в подъем, да еще и по песку, и мы, пока не выгрузились из машины, просим водилу забросить нас наверх. Тот нехотя, но соглашается. В результате, доезжаем до места, где идут дорожные работы – дальше машине не проехать.


Опять толкаем велики и вверх, и вниз до вечера. Искать ровное место в джунглях с источником воды под палатки нету уже сил, воду мы предусмотрительно набираем незадолго до предполагаемой стоянки, поэтому ставим палатки прямо на обочине дороги – машины здесь все равно почти не ходят.


 А ежели кто и поедет – не трамвай, чай, авось объедет…

На следующий день к подъемам и спускам добавились броды. Речки протекали прямо через дорогу, иногда неглубокие и узкие, но иногда и довольно широкие,


так что приходилось переходить ее в несколько заходов – сначала переносить рюкзаки, потом велосипеды.



Задача у нас была дойти/доехать, как получится, хотя бы до реки, через которую, по словам местных товарищей, смыло мост и самим воочию убедиться, что по этой дороге попасть в Соронг не получиться.
Местным мы уже не верили – достаточно того, что они отправили нас в Соронг по несуществующей дороге. Как не верили и путеводителям Lonely Planet, и всем картам, что мы накупили перед походом в Москве, Риге, Милане и аэропорту Макассара.
Единственные карты, которым, как оказалось, можно было доверять – это рассекреченные карты советского Генштаба полувековой давности.

Понятно, что с той поры появились и исчезли многие деревни, появились дороги, которых полвека назад вообще тут не было, и, которые, естественно на этих картах не могли быть обозначены, но рельеф, все речки, и даже ручейки переданы абсолютно точно. В итоге, только их и оставили, внеся от руки необходимые коррективы, а остальную макулатуру или повыкидывали, или раздарили папуасам.

То, что моста через реку, по словам папуасов, не было, не особо пугало – это критично для машин, нам-то проще, мы – на великах. Доедем, а там посмотрим, на месте видней.
Самую жару, как всегда, старались пережидать, укрывшись в тенистых джунглях у водопоя, если это было возможно,


а нет, так прямо на дороге в теньке


Опять начали попадаться папуасские деревни и, соответственно, больше местных жителей.


 

Дорога же, тем временем, нырнув в джунгли, становилась все менее заметной. При дальнейшем углублении  в дебри, она становилась местами вообще еле видной из-за поросшей по ее краям тропической растительности, через которые буквально приходилось продираться.


Дорога становилась видней все хуже и хуже, пока, наконец, не превратилась в еле видимую тропку, по которой мы еще пытались еще какое-то время продираться, но потом и она пропала.


Идти дальше было некуда. Дорога в Соронг закончилась. Джунгли ее просто "съели".
Таким образом, информация из "Lonely Planet", на которую мы ориентировались и которой тупо верили, оказалась враньем.
Справедливости ради, надо сказать, что дорога тут явно когда-то была, - это было понятно по торчавшим кое-где километровым столбикам. Но не пользовались ей очень давно - даже тропа полностью заросла. Настолько, что даже палатки поставить было некуда.

Пришлось вернуться назад и поставить палатки в более-менее подходящем месте. И думать, что делать дальше.


Но уже было понятно, что этот наш странный велопоходик близок к концу - силы у народа явно были на исходе.
Пока же сгоняли налегке за водой в ближайшую деревню, мы ее проезжали по пути,


ведь в месте, где мы встали, источника воды не было,а ехать несколько километров гружеными в деревню для ночевки не было сил.

Наутро, прежде чем куда-то двигаться при полной амуниции, решили налегке произвести разведку местности. Поэтому пошли в сторону большой реки вдвоем и налегке, оставив остальных присматривать за хозяйством и готовить завтрак, а самим посмотреть, вдруг все-таки возможно как-то переправиться через реку. Папуасы говорили, что глубина там всего лишь по грудь, а это давало шансы ее перебродить.
Но не удалось даже дойти до реки. Дорога (вернее, то, что ей когда-то было) не только вся заросла всевозможной растительностью, но и была сильно размыта тропическими ливнями, повреждена оползнями и селями, да так, что и без велосипедов идти по ней было почти невозможно.
О том, чтобы идти здесь с гружеными велосипедами, вопрос вообще не стоял. Когда это стало очевидным, пошли назад, к своим, чтобы объявить им эту «радостную» весть.

Возвращаться обратно в Маноквари никому не хотелось по нескольким причинам. Во-первых, у нас уже были куплены билеты Соронг - Джакарта, и Маноквари там место не было места. Во-вторых, до Соронга напрямик было уже банально ближе, чем ехать обратно. В-третьих, ехать второй раз подряд опять по «старой смоленской дороге» просто скучно, - ну только что ее всю, буквально, утоптали! Хотелось что-то новенькое увидеть, раз уж дурная голова сюда занесла.

Потому, я думал, что за эту новость меня побьют… Но реакция народа оказалась настолько безразличной, что мне показалось – объяви я сейчас, что мы немедленно летим на Луну к зеленым человечкам с целью совершить там очередной велопоход, причем в компании вместе с зелеными же человечками, никто бы и ухом не повел. Разложив коврики в густой тропической растительности, народ устроил себе "тихий час", и, похоже, больше ничем больше в этой жизни не интересовался.


Стало ясно – надо искать транспорт до Маноквари. Уж если с самого утра у людей такое состояние…
В итоге, мы его нашли. Не сразу – лишь во второй деревне. Для этого пришлось еще проехать несколько десятков километров, опять толкать велики, опять перебраживать с ними ручьи и речки…


Но большую часть пути до Маноквари мы, все-таки, проехали на джипе. Который, как и прошлый раз, опять пришлось пару раз толкать.
И эта ночь, была нашей последней ночью в джунглях Папуасии.

 … Маноквари оказался городом заколдованным. Точно это говорю. Точно.

Иначе как еще объяснить, что, когда мы планировали наш скромный походик по Папуасии, то собирались заехать в этот городок лишь для успокоения души, - т.е. получить этот несчастный Сурат Джалан (пермит, в переводе на русский, попросту говоря – разрешение на посещение внутренних районов Западной Папуа), и тут же слинять отсюда и забыть об этом городе навсегда, а что получилось?

Результат: сюда мы вопреки нашей воли возвращаемся уже третий раз за почти четыре недели, причем, использовав при этом все возможные способы доставки сюда наших несчастных организмов – по воздуху на ераплане, по акияну на папуасовозе, и по земле на джипах.
Какое счастье, что тут нет подземных ходов! Уверен, существуй здесь это чудо, нас бы занесло сюда по ним еще раз…

В Маноквари приехали ночью (вот еще, тенденция - в Набире дважды среди ночи приезжали, теперь в Маноквари та же история, прям напасть какая-то!), поэтому, помня историю в Набире, где нас не хотели поселять в гостиницу среди ночи, приехали в тот же отель, где уже жили до этого, нас тут наверняка запомнили. И точно, знакомые все лица и проблем с поселением не возникло.

Собственно, поход на этом и закончился. Но не могу не упомянуть еще пару моментов, которые почему-то запомнились.
Первое - это единственные увиденные нами в Папуасии за почти месяц шастаний велосипедисты. Ими оказались два австралийца, но нас поразило не это даже, а то что они были на шоссейниках! Вы, господа, куда на них тут ездить-то собрались!? Шоссейник - это минимум 150 км в день и только по хорошему асфальту, а тут такого его участка и на дневной пробег не хватит... Мысленно покрутив пальцем у виска (как,видимо, делали и папуасы при виде нас на "дороге в Соронг", которой нет), погрузились совместно с велосипедами в самолет компании "Сривиджая" и через сорок минут приземлились в Соронге.
Даже обидно - почти две недели так корячиться, чтобы туда попасть, в итоге, так и не попав, а тут сорок минут без всяких усилий, и ты на месте. До чего техника дошла!

В Соронге пожили три дня.
 Это единственный город в Западной Папуа, где нет сухого закона, и алкоголь здесь продается повсеместно. Мы выяснили, почему так (ну как же, мы ж все хотим знать! Любопытные, собаки). В общем, недалеко от Соронга на шельфе нашли нефть, и добывают ее иностранцы, а им без алкоголя, решили индонезийские власти, ну никак нельзя. Вот индонезийское правительство и сделало для этого города такое исключение. Наш предприимчивый друг Джамму с папуасовоза "Nggapulu" вез контрабандный алкоголь во внутренние районы Зап.Папуа именно отсюда. Как мы поняли, промышляет тут этим бизнесом не только он.

Вот, собственно, и все. Три дня отрываемся в зоне, свободной от сухого закона, купаемся в океане, трескаем морепродукты (они тут совсем дешевые), затем перелет Соронг-Макассар-Джакарта-Дубай и -здравствуй родина!

Хотя как это - все. Самое главное-то забыл! Надеюсь, длинная и костлявая рука Джакарты не настолько длинна и костлява, чтобы дотянуться до самой Москвы. А потому...

 Папуа мердека!

Часть 1